В гранитном лагере

                Данные, которые Интерфаксу предоставили в понедельник социологи Всероссийского центра изучения общественного мнения, свидетельствуют, что россияне далеко не однозначно оценивают роль Иосифа Сталина в истории страны. Так, 32% российских граждан считают, что Сталин был жестоким, бесчеловечным тираном, виновным в уничтожении миллионов невинных людей. Однако ровно столько же россиян (32%) полагают, что, какие бы ошибки и пороки ему ни приписывались, самое важное — под его руководством советский народ вышел победителем в Великой Отечественной войне.

                Сведения были получены в ходе представительного опроса-интервью 1600 взрослых граждан РФ, который проводился накануне 120-летия со дня рождения Сталина, отмечаемого 21 декабря. (По уточненным данным, Сталин родился не в 1879-м, а в 1878 году.)

                Статистическая погрешность подобных опросов — в пределах 4%. Опрос был закрытым — из предложенного списка респонденты могли выбрать до трех суждений, которые они разделяют.

                «Мы еще не знаем всей правды о Сталине и его действиях» — с этим мнением согласны 30% опрошенных.

                «Только жесткий правитель мог поддержать порядок в государстве в тех условиях острой классовой борьбы, внешней угрозы, всеобщей расхлябанности, которые были в стране 50—70 лет назад» — эту точку зрения разделяют 21% россиян.

                «Сталин был мудрый руководитель, который привел СССР к могуществу и процветанию» — такую оценку «отцу народов» дали 20% россиян. По мнению 18% опрошенных, политика Сталина (разгром военных кадров, сговор с Гитлером) привела к тому, что страна оказалась не подготовленной к войне в 1941 г., понесла тягчайшие потери.

                «Наш народ никогда не сможет обойтись без руководителя такого типа, как Сталин, рано или поздно он придет и наведет порядок» — с этим мнением согласны также 18% россиян.

                По оценке 8% респондентов, Сталин исказил идеи Ленина, создал строй, далекий от идеалов подлинного социализма. Противоположного мнения придерживаются 6% опрошенных, считая, что Сталин продолжил дело, которое было начато Лениным и другими революционерами-большевиками.

                «Сталина злобно поносят люди, которым чужды интересы русского народа и нашего государства» — так думают 5% россиян.

                Затруднились ответить 8% участников опроса.

                При этом, оценивая в целом историческую роль И.В. Сталина, 22% участников опроса ответили, что его правление принесло России «только хорошее или больше хорошего, чем плохого».

                Сталинские времена дали стране «в равной мере и хорошее, и плохое» — так думают 44% россиян.

                «Больше плохого, чем хорошего или только плохое» — такую точку зрения разделяют 25% респондентов.

                Затруднились ответить 9% участников опроса.


                1935 год. 20 января. Второе, после убийства Кирова, «кремлевское дело». Расстреляли двоих. По окончании следствия 2 мая Ягода направляет докладную Сталину: считаю, что нужно приговорить к смертной казни 25 человек. Нет, только двоих. В том же 1935-м была объявлена амнистия всем, кто проходил по известному «делу Промпартии» в 1930-м.

                1936 год. С конца июля начинаются тихие аресты, о которых ничего не сообщалось в газетах, — берут троцкистов, зиновьевцев, военачальников. Снова судят — и на этот раз расстреливают — Зиновьева и Каменева.

                Под расстрел шли по-прежнему единицы. По это уже была подготовка к 1937—1938 годам.

Пескарев

                1937 год.

                На февральско-мартовском пленуме ЦК и Сталин, и Ежов говорят об усилении классовой борьбы.

                В июне пленум обсуждает предстоящие в декабре выборы в Верховный Совет СССР. Секретари обкомов волнуются: что будет, если на выборах победят не они, а соперники? Как организовать счетные комиссии? Сталин сказал, что на Западе счетные комиссии формируются из разных партий, и произнес загадочную фразу: «У нас, к счастью или к несчастью, только одна партия». Решили: выбирать комиссии из представителей общественных организаций.

                Судорожные пленумы следуют один за другим. В октябре — очередной. Остается два месяца до выборов, первые секретари обкомов и ЦК союзных республик просят разрешения арестовать будущих конкурентов: мы можем не выиграть на выборах… выборы могут провалиться… Ворошилов предлагает: если не нашего выберут, шашкой порубать.

                Партийные лидеры просят решить вопрос. Просят, требуют санкции на аресты — 10 тысяч человек, 20 тысяч, 30 тысяч.

                Некоторые с гордостью докладывают: мы уже всех арестовали и к выборам готовы.

                Конечно, пленум официально не мог дать добро на многотысячные безымянные расстрелы. Но и запрета не прозвучало. Вернувшись в свои края, партийные предводители проявили смекалку. Они всего лишь исключали обреченных из партии. Но дальше документы направлялись в местные управления НКВД, и людей автоматически арестовывали. Затем — беспощадные суды знаменитых троек.

                Местные партийцы и чекисты оказались никому не подконтрольны. Кровь лилась по всей стране.

                4 декабря 1937 года состоялись выборы в Верховный Совет СССР. Соперников у обкомовских секретарей не было — один человек на место. Казалось бы, можно успокоиться.

                Нет, наоборот. Запах крови, азарт.

                — А знаете, что в начале 1938 года Хрущев, тогда первый секретарь ЦК Компартии Украины, прислал из Киева в Москву телеграмму с просьбой разрешить расстрелять 20 тысяч человек?

                Это говорит мне доктор исторических наук Юрий Николаевич Жуков. Я смотрю на него как на провокатора.

                — Хрущев — первый и самый яростный обличитель сталинских репрессий.

                — Эту телеграмму я держал в руках. В телеграмме он просит вынести двадцати тысячам человек приговор первой категории. Первая категория — расстрел.

                …Конец 1937-го — начало 1938-го, эти месяцы после октябрьского пленума стали самыми жестокими из того времени, обозначенного по имени наркома внутренних дел, — ежовщина.

* * *

                «Но был один, который не стрелял».

                Это поразительный случай. Никак не верится, что он мог произойти на том самом октябрьском пленуме 1937 года.

                К трибуне направился первый секретарь Курского обкома партии Пескарев. Зал уже бурлит, раскален, требует крови.

                — Я готов к выборам, к соперничеству, и у нас в Курской области никого арестовывать не надо, — неожиданно сказал Пескарев. — Когда у нас уже начались массовые аресты, я потребовал из Москвы комиссию прокуратуры, и оказалось, что все арестованные — невиновны.

                К сожалению, я не могу воссоздать до буквы эту речь, шок в зале и состояние оратора.

                Для того зала и один человек — много. Ведь Пескарев знал, когда поднимался на трибуну, что больше — не жилец, что свои же однопартийцы, единомышленники по светлому будущему разорвут его в клочья.

                Зловещая тишина в зале.

                Один человек — это очень много.

                Россия тем и жива еще, наверное, что в самые дремучие века и десятилетия в ней обязательно является свой протопоп Аввакум.

* * *

                Страна захлебывалась в крови. Маленков возглавлял отдел руководящих партийных органов, он получал всю информацию с мест. В начале декабря 1937 года он пишет проект закрытого письма на имя Сталина, сообщает, что положение недопустимое, что, как показала выборочная проверка, три четверти осужденных ни в чем не виноваты. Сталин отвечает: вопрос слишком важный, необходимо созвать пленум.

                В январе 1938 года состоялся пленум. Маленков выступил с докладом. Это было первое публичное осуждение террора. Маленков говорил о безумии, вакханалии в стране. Приводил цифры и факты. Напрямую обращался с трибуны к сидевшим. Ты расстреливаешь людей списками, даже фамилий не знаешь, говорил он Багирову — первому секретарю ЦК Компартии Азербайджана. А ты, говорил Постышеву — первому секретарю Куйбышевского обкома партии, отправил либо в тюрьму, либо на тот свет всех членов райкомов.

                Багиров отделывался репликами, а Постышев взял слово: расстреливал и расстреливать буду, потому что вокруг — враги.

                Мудрый Сталин знал, чем окончится пленум.

                Постышева расстреляли в том же 1938 году.

                Багирова расстреляли после смерти Сталина.

                Вождь скончался в марте 1953-го, а через месяц, в апреле, Маленков, ненадолго пришедший к власти, решил снова, раз и навсегда, заклеймить массовые репрессии, обвинить не столько Сталина, сколько лидеров партии — в Москве и на местах. Сохранился до наших дней и доклад Маленкова, приготовленный для пленума, и проект постановления. Но сам пленум так и не состоялся: против выступили Хрущев и его окружение.

                …Материалы всех судьбоносных пленумов ЦК — июньского и октябрьского 1937 года, январского 1938 года — до сих пор не опубликованы. Засекречены решения политбюро, начиная с октября 1952 г. хранятся под грифом «секретно».

                Нет первоисточников — нет анализа — нет и выводов. Значит, мы обречены и дальше продвигаться на ощупь.

Конец Ежова. Добрый Берия

                Расстреливали сотни тысяч — политбюро молчало, полстраны бы истребили — не заметили. Но вдруг арестовали двоих, и все политбюро вздрогнуло.

                Прежде всегда сначала исключали из партии и только потом арестовывали и расстреливали. На этот раз без всяких партийных церемоний арестовали члена Политбюро и зампреда Совнаркома Чубаря и кандидата в члены Политбюро Эйхе — наркома земледелия и члена Совнаркома. Маленького роста, почти карликовый Ежов почувствовал такую силу, что замахнулся на святая святых — саму власть, которой он подчинялся.

                Забеспокоились все, сам Сталин. Масса расстрелянных партийных руководителей, но ведь это Политбюро за подписью Сталина утверждало их прежде на высокие посты, значит, и он, вождь, насаждал «врагов народа».

                В надежде остановить репрессивную машину, первым замом к Ежову приставляют Фриновского. А Ежову вдруг предлагают еще и пост наркома водного транспорта. Зачем, наркомат-то никудышный?

                Секретарь Ежова сразу понял, что сгущаются тучи, что побочная маленькая должность станет главной. Секретарь — застрелился.

                А всемогущий нарком ничего не почувствовал.

                Фриновского скоро убрали, как несправившегося. А через месяц, в ноябре 1938 года, Сталин пригласил Ежова к себе в Кремль. Там, в присутствии вождя, а также Молотова и Ворошилова, Ежов написал покаянную записку.

                Ю.Н. Жуков:

                — Он писал под их давлением. Я держал в руках эту записку. Если бы Ежов писал ее у себя в кабинете, уж, наверное, он взял бы одинаковую бумагу. А тут все четыре листа — разные. Видимо, писал в лихорадке, хватал, не глядя, бумагу из стопок на сталинском столе.

                Тут же Молотов традиционным красным карандашом под диктовку Сталина написал проект постановления политбюро. Сначала: «Снять с поста наркома внутренних дел». Потом, видимо, разгорелась борьба, Ежов не сдавался. Строка зачеркнута, вместо нее: освободить… сохранить за тов. Ежовым пост наркома водного транспорта. Поправок много.

                Сталин, Молотов и Ворошилов подписали проект постановления. Обычно остальные подписи ставились за считанные минуты: «за» или «согласен». На этот раз подписи появились только на исходе второго дня.

                — Неужели боялись?

— Боялись. А вдруг всесильный Ежов через пять минут придет и арестует прямо в кабинете. И еще: члены Политбюро выбирали, кто для них страшнее — Ежов или Сталин.

 

                В ноябре 1938-го Ежова убирают, назначают Берию. Чтобы твердо обезопасить членов Политбюро, нужен был и другой общий фон в стране, другие декорации. Теперь уже по всей стране судят и расстреливают всех местных работников НКВД. Это последняя волна репрессий. В НКВД набирают совсем молодых людей, в основном институтских студентов-выпускников. Подбор идет через Маленкова.

                Легенда о «добром» Берии до сих пор жива. Попробовал бы он тогда, на первых порах, быть другим.

Отставка Сталина. Смерть

                В 1944 году Маленков, Молотов и Хрущев подготовили проект решения для очередного пленума. В нем говорилось о том, что партийные органы полностью подмяли под себя советские, принуждая их принимать всякие решения, при этом сами ни за что не отвечая. Более того, партийные ведомства переманили к себе лучшие советские кадры. Вывод: запретить партийным органам вмешиваться в работу Советов, в хозяйственно-экономические дела, в вопросы науки, культуры, образования; оставить за партией лишь право вместе с НКВД участвовать в подборе и расстановке кадров, а также пропаганду и агитацию.

                Сталин внес мелкую стилистическую правку и написал резолюцию: «Согласен с учетом правки».

                В итоге вопрос даже не внесли в повестку дня пленума. То ли по-прежнему вождь играл, то ли ослаб?

                Осенью того же года Сталин дает интервью американскому журналисту Кессиди. На вопросы о будущем страны вождь повторяет рефреном: «Если доживу».

                Следующей осенью, в 1945-м, «Правда» неожиданно сообщает об отъезде Сталина в отпуск. Прежде подобных публикаций никогда не было. Президент США Трумэн в качестве разведчика направляет в СССР Гарримана. Не очень значащее послание он просит вручить Сталину лично. Из Москвы до Сочи лету в ту пору часа четыре. Гарриман попадает к Сталину только через неделю, когда тот, видимо, был в состоянии принять гостя.

                — Первый инсульт… — предполагает историк Жуков.

                В выпущенной недавно книге «Хроника одной семьи» Владимир Аллилуев — родственник Сталина по боковой линии — подтверждает: «В конце 1945 года Сталин тяжело заболел: инсульт».

Сталин вернулся из отпуска через два месяца бодрым. Но с 1947 года продолжительность отпусков у него увеличивается, сначала — 3 месяца, потом — 4 месяца. А в 1949—50 годах он отдыхает непрерывно по полгода.

                Ю.Н.Жуков:

                — Мне удалось посмотреть записки, которые присылал Сталин с юга на имя Маленкова. Не на обычной бумаге, а на полукартонной папке красного цвета, видимо, на ней прочнее держалась рука. Почерк неузнаваем, буквы угловатые, больше обычных, прежних, раз в пять… Через несколько дней, видимо позабыв, снова повторяет эту записку.

                В феврале 1951 года Политбюро принимает уникальное постановление. При живом председателе Совета Министров Сталине решено, что председательствовать на заседаниях Совмина будут поочередно Берия, Маленков и Булганин. Решения принимают эти трое, но документы издаются за подписью Сталина.

                Идет война в Корее, угроза мирового конфликта, Макартур требует от Трумэна бросить на Китай атомную бомбу. И в это время Сталина лишают подписи!

 

                Странные происходят вещи.

                В апреле 1951 года выходит 13-й том сочинений Сталина, и на этом издание 15-томного собрания прекращается.

                МИД подготовил к изданию переписку Сталина с Рузвельтом и Черчиллем. Уже готова верстка. Летом 1951 года от издания отказались.

                По проекту высотное здание МГУ должна была венчать огромная статуя Сталина. Во втором издании Большой Советской энциклопедии в статье «Архитектура» успели поместить картинку проекта с фигурой Сталина. А через несколько месяцев, в конце 1951 года, выходит том на букву «В». Статью «Высотные здания» снова иллюстрирует снимок здания МГУ, но вместо фигуры Сталина — шпиль.

                В октябре 1952 года прошел XIX съезд партии. С отчетным докладом выступил Маленков. Через день в «Правде» появилась информация: Политиздат выпустил доклад массовым тиражом. Выступают Берия, Микоян, Булганин. Через день та же информация в «Правде»: массовым тиражом. В последний день выступил Сталин, текст — всего на четырех машинописных страничках. Только через две недели Политиздат выпустил его речь.

                У Сталина сменяют личную охрану. Убрали Власика, начальника охраны. Убрали и заместителя Власика.

                — Главное управление охраны, — продолжает Ю.Н. Жуков, — преобразовали просто в управление, сократили его с 14 тысяч человек до двух с половиной. А управление охраны правительственных дач на Черноморском побережье вообще ликвидировали.

                10 ноября 1952 года Президиум ЦК принимает решение: председательствование на заседаниях Президиума и Секретариата ЦК КПСС возложить на Маленкова, а на заседаниях Совмина — на Берию. Должность Сталина еще при его жизни превратили в фикцию. Это постановление никогда и нигде не было опубликовано.

                — Сталин умер своей смертью?

                — Да. По моим подсчетам, у него было четыре инсульта.

* * *

                После смерти Сталина Поскребышев написал покаянное письмо с просьбой не трогать его. В нем он пишет, как последние два года отбирал для Сталина на дачу самые важные документы, в основном из госбезопасности. Но даже самые срочные и важные из них Сталин не читал, не подписывал, они скапливались месяцами, их потом увозили обратно в Москву.

                Сегодня это называют — «работа с документами».

* * *

                — Все-таки, сколько людей было уничтожено?

                Жуков задумывается:

                — Этого точно никто не знает. Мои коллеги говорят: в самые жестокие месяцы репрессий в тюрьмах и лагерях сидело не более полутора миллионов.

                — Но могли каждый день расстреливать, обновлять.

                — Расстреляно около миллиона человек.

                Мне эта цифра кажется заниженной. Хотя… Речь ведь только о «политических». Бандеровцы, оуновцы, «лесные братья» из Прибалтики и прочие не в счет. И главное истребление — поголовная смерть в лагерях.

                Может быть, может быть.

                …Мне не дает покоя Пескарев. Когда, где, как окончилась его жизнь? Возможно, кто-нибудь откликнется на этот вопрос…

1999 г.


Последушки

© 2020 Эдвин Поляновский. Наследники.

  • Vkontakte Social Иконка